ЧЁРНЫЙ ПЕРЕДЕЛ

По данным социологов* 75% населения Украины против снятия моратория на продажу сельскохозяйственной земли.

* Опрос Социологической группой «Рейтинг». 2000 респондентов. Личное формализованное интервью (face-to-face). Ошибка репрезентативности исследования: не более 2,2%. Сроки проведения: 19-25 мая 2017.

 

Мораторий на продажу земли приводит к обеднению почв, лишает селян доходов, аграрные предприятия – возможности инвестировать в развитие, государство –поступлений в бюджет. И так продолжается уже более 16 лет, к всеобщему удовольствию.

Земля – крестьянам

100 лет назад, 19 августа (2 сентября по новому стилю) 1917 года, в газете «Известия Всероссийского Совета крестьянских депутатов» вышла статья под названием «Крестьянский наказ о земле». Статья была составлена на основании 242 «наказов», доставленных депутатами на  1-й Всероссийский съезд крестьянских депутатов.

Первое предложение «Наказов» звучит так: «Право частной собственности на землю отменяется навсегда; земля не может быть ни продаваема, ни покупаема, ни сдаваема в аренду, либо в залог, ни каким-либо другим способом отчуждаема».

Издавала газету партия Социалистов-революционеров (эсеров), самая популярная в то время партия революционной России. Два месяца спустя другая, гораздо менее популярная партия использовала статью эсеров, чтобы перехватить инициативу и внимание революционных масс. На следующий день после захвата власти в Петрограде свежеобразованный Совет Народных Комиссаров под председательством Владимира Ульянова-Ленина принял «Декрет о земле», почти полностью состоявший из эсеровского «Крестьянского наказа». По сути, большевики от себя добавили только объявление о том, что «помещичья  собственность  на  землю отменяется немедленно без всякого выкупа». Но этого хватило, чтобы по всей территории России развернулся «чёрный передел».

peredel01

 

Попытка Петра Столыпина

Во второй половине XIX века грозным термином «чёрный передел» называлось всего лишь перераспределение земли между крестьянскими хозяйствами в рамках одной общины. После крестьянской реформы 1861 года общинная собственность на землю была единственно возможной для крестьян. То есть «своей» земли, которой можно было бы распорядиться по собственному усмотрению, у освобождённых из крепостной зависимости не было. Выйдя из общины, крестьянин терял и свою долю в общинной земле. Но и община, формально являвшаяся собственником земли, по сути не могла ей распоряжаться – ни продать, не передать в залог.

Со временем и для общин, и для отдельных крестьян стала доступна частная собственность на землю – за счет участков, продаваемых помещиками. Этой землёй можно было свободно распоряжаться. Но и ко времени октябрьской революции доля земли, находившейся в личной собственности крестьян, не превышала 15%. Три четверти крестьянской земли по-прежнему находились в общинном владении. А доля богатых крестьян-землевладельцев – т.е. фермеров в современном понятии – не превышала нескольких процентов. Поэтому неудивительно, что делегаты Съезда крестьянских депутатов, представлявшие общинное подавляющее большинство, потребовали запрета частной собственности на землю. Но главное, чего добивались крестьяне – «чёрного передела» в масштабах всей страны, когда частная земля будет конфискована у её собственников и передана «в пользование всех трудящихся на ней». Однако и эсеры, и «позаимствовавшие» эсеровский «Наказ» большевики, в этом вопросе, мягко говоря, лукавили.

peredel02

Эсеровский плакат  1917 года на выборах в Учредительное собрание.

Объявив о том, что Советская власть дала землю крестьянам, Ленин несколько преувеличил заслуги своей партии. Дело в том, что к 1917 году крестьяне уже владели 90% сельскохозяйственной земли. Надежды крестьян на значительный прирост земельных наделов за счет отменённой «Декретом о земле» помещичьей собственности были заведомо необоснованы. Так что под «чёрный передел», запущенный «Декретом о земле» попали не столько помещики, сколько успешные крестьяне-частники. Совсем скоро стратегия «отнять и поделить» отбросила сельское хозяйство на десятилетие назад. Бесперспективность такого сельского «социализма» была очевидна специалистам еще в начале века, когда Пётр Столыпин затеял свою аграрную реформу.

Расчёты правительства Столыпина показывали: пахотных земель, которые могли бы прокормить ежегодный прирост населения, в европейской части России просто нет, даже если встать на путь тотальной конфискации поместий. Проблемой было не распределение земли, а чрезвычайно низкая продуктивность сельского труда.

К началу столыпинских реформ в сельском хозяйстве империи было задействовано 74% трудоспособного населения. При этом доля аграрного сектора в чистом национальном продукте составляла немногим больше 50%, что говорило о низкой производительности труда селян. Средняя урожайность лучших чернозёмных земель в 2-3 раза отставала от урожайности в Европе, а в нечерноземье – в 6-10 раз. Самую низкую урожайность показывали именно крестьянские общины. Причина – чересполосица, отсталая трёхпольная система земледелия, архаичные орудия труда и, главное, глубочайший консерватизм крестьян. «Крестьяне первым и неизменным условием какого бы то ни было соглашения ставили то, чтобы они не были принуждаемы к каким бы то ни было новым приемам хозяйства и к употреблению новых орудий. Они соглашались, что плуг пашет лучше, что скоропашка работает успешнее, но они находили тысячи причин, почему нельзя было им употреблять ни то, ни другое», - так описал положение дел на пореформенном селе Лев Толстой.

Но даже если и находился среди землепашцев сторонник передовых технологий, общинное землевладение не позволяло ему реализовать свой потенциал. «Необходимо дать возможность способному, трудолюбивому крестьянину … освободиться от тех тисков, от тех теперешних условий жизни, в которых он в настоящее время находится. Надо дать ему возможность укрепить за собой плоды трудов своих и представить их в неотъемлемую собственность», - заявил Пётр Столыпин на заседании 2-й Государственной Думы 10 мая 1907 года. Следующей, 3-ей, Думе Столыпин снова разъяснял суть земельной реформы: «Неужели забыто, что колоссальный опыт опеки над громадной частью нашего населения потерпел уже громадную неудачу? В тех местностях России, где личность крестьянина получила уже определённое развитие, где община как принудительный союз ставит преграду для его самодеятельности, там необходимо дать ему свободу трудиться, богатеть, распоряжаться своей собственностью; надо дать ему власть над землею».

9 ноября 1906 года вышел главный указ земельной реформы, позволяющий крестьянам выходить из общины с землёй или с получением денежной компенсации за землю. В первую очередь из общин выделялись крепкие, успешные крестьяне. В результате реформы в стране появилось почти 1,5 миллиона домохозяйств с единоличным владением землёй. Еще столько же решили выделиться, но до 1917 года не успели оформить права на землю. Около 20% крестьян, оформивших собственность, воспользовались возможностью продать землю и с вырученными деньгами перебрались в промышленные города. Но большинство селян упорно держалось за «старину». 3/4 аграриев пришли к революционному времени, сохраняя архаичное общинное землепользование. Они-то и стали оплотом партии социалистов-революционеров и объектом нехитрой манипуляции большевиков.

Аграрные пролетарии

«Декрет о земле» дал землю крестьянам в той же мере, как «Декрет о мире» принёс в Россию мир. Комиссары обещали, что вопрос о земле будет решён Учредительным собранием. Но, проиграв выборы в Учредительное собрание эсерам, большевики разогнали «учредилку» и открыто перешли к диктатуре Совнаркома. В последних строчках Декрета говорилось, что «земли рядовых крестьян и рядовых казаков не конфискуются». Но уже в июле 1918-го первая Конституция РСФСР объявила весь земельный фонд общенародным достоянием, а в 1925-м – государственной собственностью.

peredel03

Плакат периода коллективизации

 

«Раскулачивание», как видим, началось сразу после прихода большевиков к власти – в форме уравнительного перераспределения земли. Затем были продразвёрстки, крестьянские бунты и войны, коллективизация и борьба с кулачеством, которые неминуемо привели впоследствии к бесконечной борьбе за урожай. Методично истребив сельское предпринимательство, партия сама стала руководить севооборотом и поголовьем скота. Селяне же окончательно трансформировались в аграрных пролетариев, оторванных от собственности и лишённых права принимать хозяйственные решения.

Не удивительно, что несмотря на индустриализацию, механизацию и укрупнение сельскохозяйственных предприятий – объективно полезные инновации, – урожайность зерновых в сталинских колхозах не превышала показателей дореволюционных крестьянских общин, отсталых даже для своего времени. Уровень бесхозяйственности был таков, что только к середине 60-х советское село, вооруженное тракторами, комбайнами, минеральными удобрениями и достижениями агрономии, взяло пресловутую планку 1913 года.

peredel04

Источник: http://ru-history.livejournal.com/3883192.html

Правительство решало проблему управляемости сельским хозяйством, укрупняя колхозы, трансформируя их в совхозы (государственные предприятия) и внедряя промышленные аграрные технологии. Одновременно у селян по мере развития социализма возможности проявить не то что предпринимательские, а просто хозяйственные таланты, таяла, словно шагреневая кожа. К концу 80-х в личном пользовании у семьи колхозника могло быть не больше 0,5 га земли (включая землю под жильём). Владеть семья колхозника могла одной коровой, теленком, одной свиньёй, 10-ю козами или овцами, птицей и кроликами. Иметь сельхозтехнику колхознику не позволялось.

 

Снова землевладельцы

К запуску капитализма селяне оказались подготовленными ничуть не лучше, чем жители городов. Но с внезапно обрушившейся на них собственностью аграриям повезло больше. Горожане дружно «слили» свои приватизационные сертификаты, и советское промышленное наследство пролетело мимо подавляющего большинства прямиком в карманы «красных директоров» и бандитов разной масти. Такая же судьба, вероятно, ожидала и те 4-5 гектар, что оказались в собственности каждого из аграриев. Заниматься бизнесом бывшие колхозники не хотели: за четверть века из 15-миллионного сельского населения Украины вышло менее 40 тысяч фермерских хозяйств. Только около 1% семей селян стали фермерами. Остальные предпочли привычную работу по найму. Но владельцам земельных паёв не было суждено быстро расстаться с неожиданно приобретённой недвижимостью. 18 января 2001 года Верховная Рада приняла закон, временно, до урегулирования порядка реализации прав граждан на земельные паи, запретивший куплю-продажу и дарение этих паёв. И новое имущество селян оказалось недвижимым во всех смыслах. С тех пор мораторий продлевали уже 7 раз – ко всеобщему, кроме мизерной группы экономистов-либералов, удовольствию.

Кто знает, что двигало законодателями и теми, кто двигает законодателями, тогда, в начале века. Может быть, опасность повального обнищания сельских пенсионеров, для которых нынче арендная плата за землю соответствует 2-3 месячным пенсиям. Может быть в тот момент действительно нужна была отсрочка, чтобы навести порядок в реестрах и кадастрах. Но то, что за 16 лет порядок так и не удосужились навести, говорит скорее о более естественной причине: те, от кого зависит принятие решений в нашем парламенте, никак не договорятся о своих интересах. Ведь на кону передел имущества на сумму от $60 до $200 миллиардов. Столько по мнению экспертов стоит сельскохозяйственная земля Украины. И это ещё не всё, что стоит на кону.

peredel05

Распределение собственности на землю и землепользование.

Отсутствие реальной конкуренции позволяет арендаторам довольно прилично экономить. По данным Voxukraine.org частному собственнику арендаторы платят в среднем 800 грн/га в год, тогда как за аренду государственных земель – 1350 грн. В аренде находится примерно 25 млн. га, принадлежащих селянам. Так что только на разнице с государственными расценками арендаторы экономят больше 10 млрд грн ежегодно. Если же сравнивать со стоимостью аренды у соседей на Западе, где функционирует рынок земли, то становится совсем понятно, почему аграрное лобби в ВР костьми ляжет за продление моратория.

peredel06

Данные «Ціна держави» (http://www.cost.ua/)

Можно понять и горожан, возражающих против открытия рынка земли. Они-то свои паи в промышленных предприятиях успешно профукали. Почему же селяне должны вдруг получить по $6-30 тыс за свои «дармовые» 4-5 га?

Но, как ни удивительно, мораторий устраивает и селян. Об этом говорят и социологи, и то, что аграрии до сих пор не перекрыли улицу Грушевского около здания ВР и не потребовали от парламентариев свои кровные. Многовековая отечественная история, видимо, накрепко приучила крестьян не менять синицу в руках на журавля в небе, не верить государству и не заниматься бизнесом. Но, похоже, 16-летнему полюбовному союзу латифундистов и псевдо-землевладельцев жить осталось не так долго.

 

Кризис

Разумеется, дело не в защите интересов миллионов рядовых граждан, как это заявляют и защитники, и противники моратория. Неопределённость земельных прав завела украинское сельское хозяйство в тупик. Правильное землепользование требует  посевов кормовых культур – люцерны, клевера, без которых почвы быстро истощаются. Но животноводство в Украине обвалилось – благодаря всё тому же мораторию.

«Отсутствие позитивной динамики в животноводстве связано с тем, что права собственности у нас часто не определены и очень часто могут быть поставлены под сомнение, — объясняет старший научный сотрудник Института социологии НАНУ Александр Гончарук. – Когда человек строит фермы, капитальные сооружения, то он должен быть уверен, что простоят они по меньшей мере тридцать лет, и никто их не заберет, как и тысячу гектаров арендованной земли. А вода, очистительные сооружения, организация зоотехнической и ветеринарной служб — это также большие расходы, которые нуждаются в стабильности на десятки лет».

peredel07

Поголовье сельскохозяйственных животных в Украине, данные Укрстата

Кроме того, украинский аграрный сектор требует огромных инвестиций: только в технический парк надо вложить $10-15 млрд. Капиталоёмкими являются и животноводство, и развитие новых технологий, без которых выйти на мировой уровень эффективности уже невозможно. Однако собственными средствами ни на скупку земли, ни на крупные инвестиции в достаточном объёме не располагают даже крупнейшие украинские агрохолдинги. Поэтому аграрный бизнес борется не против того, чтобы селяне продали свою землю за бесценок. Цель в том, чтобы селяне продали землю за бесценок украинским аграрным капитанам.

С другой стороны, политика экономического изоляционизма, которую исповедовал украинский истеблишмент в 21 веке, и которая позволила сосредоточить в руках украинских капиталистов всю ключевую (экспортную) промышленность и основное (экспортное) сельскохозяйственное производство, в последние годы дала трещину.

peredel08

Украине требуются высокие темпы роста ВВП, чтобы справиться с социальной, оборонной и долговой нагрузкой.

 

Неэффективная украинская промышленность и аграрная индустрия (Украина с её знаменитыми чернозёмами находится в мировом рейтинге на 25-м месте по урожайности пшеницы) в текущих тяжёлых экономических условиях уже не в силах обслужить ни огромную социальную и оборонную нагрузку государства, ни помочь ему справиться с выплатам по долгам. Украине требуется в разы более высокий темп роста ВВП, и обеспечить его без прихода в страну иностранного капитала невозможно. Но повышение эффективности аграрного бизнеса приведёт к последствиям, с которыми наши популистские власти традиционно не готовы встречаться.

Сейчас по данным Укрстата в сельском хозяйстве занято 18% трудоспособного населения страны. Современные аграрные технологии (если они в полной мере придут в Украину в результате появления рынка земли) оставят в аграрном секторе не более четверти от работающих сейчас. 2%-5% - такова доля занятых в сельском хозяйстве в развитых экономиках. Это означает появление в селе 2-2,5 миллионов безработных с 4 миллионами членов их семей. Здоровая, растущая экономика дала бы этим людям возможность постепенно перебраться в города, найти там жильё и работу в промышленности и сфере услуг. И это ещё одна проблема в бесконечном ряду проблем страны, накапливавшей их четверть века. Это плата за мечтания об экономическом чуде, которое случится само по себе, бесплатно, в ходе очередного «чёрного передела».

 

О текущем политическом моменте

Трагедия земельного вопроса не в том, кому принадлежит земля. А в том, что со времён Петра Столыпина политики и не пытаются решить земельный вопрос. Сложная, требующая взвешенного подхода и непопулярных решений проблема уже больше 100 лет является исключительно предметом циничных политических спекуляций. Как и 100 лет назад, сегодня земельный вопрос объединяет правых и левых популистов. «Заборонити в Україні торгівлю землею сільськогосподарського призначення. Надавати її у довгострокове володіння українським громадянам із правом родинного успадкування», - это программа ВО «Свобода» повторяет тезисы крестьянских «наказов» вековой давности. «Викуп державних актів на землю у громадян виключно українською державою з передачею земельних ділянок користувачам», - вторит националистам программа Социалистической партии Украины.

«Президент должен был спросить у людей: хотят ли они продавать украинскую сельскохозяйственную землю», - завляет и Юлия Тимошенко, умалчивая о том, что речь идёт не об абстрактной «украинской» земле и абстрактных «людях», а о вполне конкретной собственности вполне конкретных собственников. «За спиной у народа - продолжает обвинять главная противница земельного рынка, - [президент] подписал меморандум о сотрудничестве с МВФ и сказал, что землю будут продавать». Конечно, можно напомнить, что в 2008 году, будучи премьер-министром, Юлия Тимошенко без всякого референдума подписала с МВФ меморандум, в котором обязалась в обмен на кредит в $16,5 млрд создать в Украине работающий рынок сельскохозяйственной земли. Впрочем, вряд ли можно обвинить Юлию Владимировну в непоследовательности. Это обязательное качество для украинского политика, стремящегося быть популярным.

peredel09

Фрагмент меморандума с МВФ, подписанного в 2008 году Юлией Тимошенко в статусе премьер-министра Украины

Источник: http://www.epravda.com.ua/publications/2008/10/30/167436/

В том же документе Тимошенко и президент Ющенко обещали МВФ перейти к рыночному ценообразованию на газ. С тех пор МВФ не верит меморандумам, и привязывает свои кредиты к принятию в ВР обещанных президентом и правительством законов. Поэтому и президенту с правительством приходится быть более прямыми в переговорах с МВФ. В июле Пётр Порошенко попросил главу МВФ Кристин Лагард убрать из требований снятие моратория на продажу земли – и нашёл необходимые аргументы. Скорее всего, Лагард согласилась, что сейчас нет возможностей протолкнуть через Раду одновременно и пенсионную, и земельную реформы, не дав Тимошенко заблокировать работу парламента и выиграть внеочередные выборы. Поэтому, как ни актуально для Украины разрешение вопроса о земле, в текущем году мы будем, скорее всего, наблюдать прощупывание почвы разнообразными законопроектами по этой теме, а критика популистов переключится на благодатную пенсионную тему.

А мы тем временем можем вспомнить Петра Аркадиевича Столыпина, который не пытался быть популярным ни среди политиков, ни среди народа. «Премьера ненавидели левые, - пишет о Столыпине историк и литератор Эдвард Радзинский, - ибо он не раз беспощадно подавлял оппозицию в Думе. Премьера ненавидели правые, ибо его реформы предвещали победу капитализма в России – древний Царьград должен был стать Манчестером». Столыпин был убит в Киеве 14 сентября 1911 года. Символично, что убийцей стал анархист, работавший на царскую охранку.

Средства на возведение памятника Столыпину киевляне собрали в течение трёх дней после смерти премьера. В годовщину убийства памятник был установлен на Крещатике. 29 марта 1917 года, через две недели после Февральской революции, памятник снесли. Спрос на политиков, способных держать слово, исчез, как минимум, на следующие 100 лет.