Не та Победа

PDF

Longread

Сейчас все знают, что война в Европе закончилась в мае 1945 года. Однако вплоть до августа 1945-го это было совсем не очевидно.

«Уничтожение военной мощи Германии повлекло за собой коренное изменение отношений между коммунистической Россией и западными демократиями. Они потеряли своего общего врага, война против которого была почти единственным звеном, связывавшим их союз. Отныне русский империализм и коммунистическая доктрина не видели и не ставили предела своему продвижению и стремлению к окончательному господству»

Из мемуаров британского премьера Уинстона Черчилля – о ситуации, сложившейся к лету 1945 года

В мае 1945-го Великобритания рассматривала возможность наступления на оккупированную СССР Польшу, с использованием, в том числе и 10-12 сдавшихся англичанам дивизий Вермахта. Но против 3 млн солдат союзников СССР мог выставить 12 млн солдат и от этого плана отказались

С осени 1945 года Советский Союз располагал двумя равнозначными по статусу Днями Победы: над Германией и над Японией. Правда, уже в следующем году оба празника стали рабочими днями.

24 июня 1945 года в Москве, на Красной площади прошел знаменитый Парад Победы. Приказ о проведении парада подписал Верховный Главнокомандующий Вооруженными Силами СССР Иосиф Виссарионович Сталин – с формулировкой «в ознаменование победы над Германией в Великой Отечественной войне».

Принимал парад маршал Георгий Жуков – Сталин в окружении членов политбюро наблюдал за ним с трибуны Мавзолея. Вопрос, почему парад принимал не Верховный Главнокомандующий, а его заместитель, дискутируется до сих пор. Популярная в России полуофициальная версия – Сталин не мог ездить верхом – откровенно слаба. Военные парады принимал даже обезноженный Франклин Рузвельт, на автомобиле. Да и впоследствии советские руководители вполне обходились на парадах без скакунов. Еще одна версия гласит, что таким образом Сталин чуть ли не признал главенство Жукова в военных вопросах. Однако уже через три дня Сталину было присвоено высшее воинское звание Генералиссимуса. Виктор Суворов (Резун) считает, что Сталин не считал себя победителем, поскольку начал войну ради того, чтобы захватить всю Европу. Но даже если это и было правдой, то вряд ли Вождь стал бы демонстрировать свое разочарование публично.

Но поведение Сталина было не единственной странностью в праздновании победы СССР во второй мировой войне.

Чья Победа

9 мая стало Днем Победы и выходным согласно Указу Президиума Верховного Совета, подписанного 8 мая 1945 года. В нем, так же как затем и в приказе о проведении Парада Победы, фигурировало «завершение Великой Отечественной войны советского народа против немецко-фашистских захватчиков», увенчавшееся безоговорочной капитуляцией Германии.

Первая безоговорочная капитуляция Германии была подписана генералом Альфредом Йодлем с участием советского представителя 7 мая в 2:41 утра, в штабе Дуайта Эйзенхауэра в Реймсе. Затем, по настоянию Сталина, капитуляцию повторно подписал генерал-фельдмаршал, начальник Верховного главнокомандования Вермахта Вильгельм Кейтель: во взятом Красной армией Берлине 9 мая в 00:43 по московскому времени.

Это объясняет, почему Верховный совет принял Указ о праздновании капитуляции раньше, чем она была подписана в Берлине. Но не объясняет, почему в этом документе победителем назван только советский народ, зачем была организована повторная церемония и почему сам факт подписания «первой» капитуляции в СССР был тщательно скрыт.

Четыре месяца спустя в августе Верховный Совет СССР объявил Днем Победы и нерабочим днем и 3 сентября. На этот раз «в ознаменование победы над Японией». То есть с осени 1945 года Советский Союз располагал двумя равнозначными по статусу Днями Победы: над Германией и над Японией.

Что касается Парадов Победы, то в 1945-м их прошло четыре: кроме московского – два в Берлине и один в Харбине. А через два года оба праздника лишили статуса нерабочего дня. «Вернулся» только один – День Победы 9 мая снова стал выходным в 1965 году, в свой 20-летний юбилей.

Немыслимое

Для того, чтобы разобраться в загадочном отношении советского руководства к победе в войне, нужно посмотреть на ситуацию в СССР в 1945-1948 годах с ее непарадной стороны.

С самого начала войны не было тайной, что Советский Союз и его капиталистических союзников разделяют непримиримые противоречия, и что военный конфликт между ними неизбежен.

В своих мемуарах Уинстон Черчилль так описывал ситуацию, сложившуюся к лету 1945 года: «Уничтожение военной мощи Германии повлекло за собой коренное изменение отношений между коммунистической Россией и западными демократиями. Они потеряли своего общего врага, война против которого была почти единственным звеном, связывавшим их союз. Отныне русский империализм и коммунистическая доктрина не видели и не ставили предела своему продвижению и стремлению к окончательному господству».

Неудивительно, что еще весной 1945-го Черчилль приказал разработать секретный план военной компании против СССР под кодовым названием «Немыслимое». План, подготовленный к 22 мая, предполагал внезапную наступательную операцию в направлении Польши – оккупированного Сталиным союзника Великобритании, ради которой англичане вступили в войну в 1939 году. В качестве ударной силы план предполагал использовать в том числе и 10-12 дивизий Вермахта, сдавшихся в плен. Но советская внешняя разведка получила данные о планировании наступательной операции. И командующий оккупационными войсками Жуков неожиданно для союзников провел перегруппировку советских войск, укрепив оборону.

К этому моменту общая численность войск СССР, включая пограничные и войска НКВД, превышала 12 миллионов человек, большая часть которых дислоцировалась на европейском театре военных действий. Этой армаде Экспедиционные силы союзников могли противопоставить армию численностью до 3 млн человек. В своем заключении британский Штаб объединенного планирования, указав на четырехкратное превосходство советской армии, рекомендовал не наступать, а, напротив, в случае советской агрессии, отступить с материка и обороняться с британских островов.

На грани третьей мировой

Измученная войной Европа замерла, разделенная почти вертикальной линией соприкосновения союзнических войск, готовой в любой момент превратиться в новую линию фронта. Результат новой европейской войны ни у кого не вызывал сомнения. Теперь можно представить, в честь какой Победы Генералиссимус Сталин хотел бы принять у маршала Жукова военный парад на Красной площади. И, разумеется, в таких обстоятельствах советская пропаганда не могла говорить ни о наступлении мира, ни разделять радость победы со своими заклятыми союзниками.

Но Верховный Главнокомандующий медлил. Возможно, он ждал проигрыша консерваторов и Черчилля на летних выборах в парламент. Возможно – личной встречи с новым американским президентом в Потсдаме. До начала конференции Сталин назначил на 17 августа 1945 года совещание, на которое вызвал Жукова из Германии и Василевского с Дальневочного фронта. Но остановить советское наступление, по мнению союзников, могло только одно.

Новость об успешных испытаниях в США ядерного оружия пришла во время Потсдамской конференции. Черчилль, прочитав сообщение, воскликнул: «Это — второе пришествие!» Сталин не подал вида, но в тот же день приказал Курчатову ускорить работу над советским ядерным проектом.

Работа конференции завершилась 2 августа, а уже 6-го американский бомбардировщик В-29 в 8:15 по местному времени сбросил на Хиросиму урановую бомбу эквивалентом около 13 килотонн. Результат был опустошительным. Практически все в радиусе полукилометра от эпицентра было испепелено, здания в радиусе трех километров были объяты пламенем, гриб плотного облака дыма поднялся на высоту 12 километров.

Описание результатов бомбардировки Хиросимы 6 августа в сочетании с «буксующей» советской ядерной программой потрясло советское руководство. На следующий день на даче Сталина было собрано совещание и 7 августа в 16:30 по московскому времени Сталин подписали приказ атаковать японские войска в Маньчжурии. Загадочное совещание главных военачальников от 17 августа было отменено.  20 августа советскую ядерную программу возглавил Лаврентий Берия. Однако, несмотря на усилия Берии и похищение документации проекта «Манхэттен», первое успешное испытание советской атомной бомбы прошло только в 1949-м. Противопоставить ядерному удару Сталину было нечего.

Но была еще одна причина, по которой летом 1945 года началась демобилизация из рядов Красной Армии.

Возвращение с фронта

Точных данных о человеческих потерях СССР в годы войны нет: первая послевоенная перепись состоялась только в 1959 году. Но некоторые современные историки на основе демографического анализа выводят потери населения до 30 млн человек. Треть экономики страны была разрушена. СССР физически не мог долго содержать 12-миллионную армию.

В ходе демобилизации с 1945 по 1948 год из рядов Красной Армии к мирной жизни вернулись более 8 млн солдат. Страна встретила их разрухой и бесчеловечной милитаризированной экономикой. По сравнению с довоенной, заработная плата рабочих снизилась почти вдвое. При средней зарплате 200 рублей в месяц питание в столовой обходилось в 8-9 рублей в день. Лендлиз в 1945-м остановился.

Не смотря на засуху 1946 года, СССР продолжал ради оборонного импорта продавать зерно за рубеж и создавать стратегические резервы на случай новой войны. Начался голод. К весне 1947-го только по официальным данным 1,7 млн человек болели дистрофией. По оценкам историков, от голода в сороковых погибло от 1 до 1,5 млн человек.

Из записи прослушки разговора Героя Советского Союза генерал-полковника Василия Гордова с генерал-майором Филиппом Рыбальченко от 28 декабря 1946 года (оба арестованы в 1947-м, расстреляны в 1950-м):

«РЫБАЛЬЧЕНКО. — Нет самого необходимого. Буквально нищими стали. Живет только правительство, а широкие массы нищенствуют. Я вот удивляюсь, неужели Сталин не видит, как люди живут?

ГОРДОВ. — Он все видит, все знает.

РЫБАЛЬЧЕНКО. — Или он так запутался, что не знает, как выпутаться?! Выполнен 1-ый год пятилетки, рапортуют, — ну что пыль в глаза пускать?!.. А вот Жуков смирился, несет службу.

ГОРДОВ. — Формально службу несет, а душевно ему не нравится…

РЫБАЛЬЧЕНКО. — Да. Народ внешне нигде не показывает своего недовольства, внешне все в порядке, а народ умирает.

ГОРДОВ. — Едят кошек, собак, крыс.

РЫБАЛЬЧЕНКО. — Раньше нам все-таки помогали из-за границы.

ГОРДОВ. — Дожили, теперь они ничего не дают. И ничего у нас нет.

РЫБАЛЬЧЕНКО. — Народ голодает, как собаки, народ очень недоволен.

ГОРДОВ. — Но народ молчит, боится.

РЫБАЛЬЧЕНКО. — И никаких перспектив, полная изоляция.

ГОРДОВ. — Никак мы не можем осуществить лозунга: «Пролетарии всех стран соединяйтесь!» Ни х…, все пошло насмарку!

РЫБАЛЬЧЕНКО. — Да не вышло ничего.

ГОРДОВ. — Вышло бы, если все это своевременно сделать. Нам нужно было иметь настоящую демократию.

РЫБАЛЬЧЕНКО. — Именно, чистую, настоящую демократию, чтобы постепенно все это делать. А то все разрушается, все смешалось…»

На самом пике голода, в начале 1947-го, государство принудительно разместило среди населения очередной госзайм: зарплату попросту выдавали облигациями. А в конце 1947 года СССР под лозунгом «деноминации» провел конфискационную денежную реформу. От вкладов в Государственных трудовых сберегательных кассах и от облигаций государство «отрезало» от 1/3 до 4/5. Владельцы наличных сбережений 90%. Цены на большинство товаров остались неизменными или выросли. На 10-12% подешевели только мука, крупы, хлеб и макароны. На этом фоне сообщение о том, что День Победы, начиная с мая 1948 года, не будет выходным днем, прошло почти незамеченным. Но решение наверняка не было случайным.

К этому времени в ряде районов государственные хлебозаготовки встретили вооруженное сопротивление, в крупных городах стали распространяться листовки с призывами к акциям гражданского неповиновения. Что такое недовольство фронтовиков Сталин знал не из книг, но был убежден, что без вождя недовольные солдаты, будь их хоть миллионы, ему не страшны. Кто мог мерещиться Вождю в роли такового гадать не приходилось – по свидетельствам очевидцев он до самой смерти не переносил упоминание титула «маршала Победы» в своем присутствии.

30 апреля 1946 года в ходе следствия из бывшего командующего Военно-Воздушными Силами Александра Новикова были выбиты показания против маршала Жукова. В тот же день они были направлены Сталину министром ГБ Виктором Абакумовым. 9 июня Жуков был отстранен от должности главнокомандующего Сухопутными войсками и переведен командовать Одесским военным округом. 21 февраля 1947-го его вывели из состава кандидатов в члены ЦК, а 20 января 1948 года – обвинили в мародерстве в период командования им войсками в Германии и перевели командовать Уральским военным округом.

Не смотря на славу «несгибаемого» Жуков писал Сталину полные раскаянья письма. Но тщетно: в опале маршал Победы оставался до самой смерти Генералиссимуса.

В Москву он вернулся только в 1953-м, после похорон Сталина. Настоял на его возвращении Лаврентий Берия, в аресте которого Жуков принял активное участие бувально через несколько месяцев. После последовал кратковременный взлет – Жуков вернулся в ЦК, в 1954-м провел крупнейшие учения с применением атомного оружия и участием сухопутных войск на Тоцком полигоне, а в 1955 году возглавил Министерство обороны. Но преемник и «могильщик» Сталина Никита Хрущев тоже побаивался Жукова как потенциального Бонапарта. Поэтому после недолгого возвышения в 1957-м маршал снова попал в опалу, был выведен из состава Президиума ЦК и ЦК КПСС, освобожден от должности министра обороны СССР. Опала закончилась только после прихода к власти фронтовика Брежнева в октябре 1964 года.

Символично, что уже через полгода СССР широко праздновал 20-летие Победы, 9 мая снова стал выходным днем, а по Красной площади прошел первый за 20 лет военный парад, посвященный Победе в Великой Отечественной войне.